Мурзик's Life

Здравствуйте,

Позвольте представиться – Мурзик, обычный среднестатистический кот, живущий в трехкомнатной квартире со своей свитой. О своем происхождении предпочитаю умалчивать, скажу лишь, что мужчина по кличке Папа называет меня «дворянин». Да, меня нашли на обычной помойке, ну и что с того? Главное ­ это воспитание и, так сказать, призвание – в глубине души я совершенно домашний кот. Низменные дворовые инстинкты, тем не менее, время от времени дают о себе знать. Не то, что бы я этим гордился, но вы же сами понимаете, нервы-то не железные, особенно учитывая тяжелое беспризорное детство: биологического отца я не знал, у матери постоянно были новые мужчины, братья и сестры жили своей жизнью, вечные голод и холод… Я не люблю об этом вспоминать…

Когда меня усыновили, я все время бегал к своей мисочке с едой – никак не мог поверить, что никто из нее, кроме меня (!), не ест. Теперь я этого уже, конечно, не делаю, но регулярно проверяю содержимое мисок у членов моей семьи… Естественно, я им доверяю, но как показывает опыт, иногда они забывают делиться. Вот моя еда всегда стоит на видном месте: каждый может подойти понюхать, попробовать, а вот свою пищу они часто накрывают крышками и прячут в холодильник, откуда и добывают пищу. У меня есть принципы – я за справедливость!

Вообще я очень счастливый кот: меня любят, обо мне заботятся, но иногда откровенно халявят! Так или иначе, но все время нужно быть начеку и контролировать процесс. Например, уже 6-ть утра ­ а они все спят! Котик голоден, а им хоть бы хны!

Я перепробовал множество способов побудки и в конечном итоге остановился на наименее травматичном для меня: необходимо сесть за дверью в коридоре, предварительно слегка ее ее приоткрыв, и монотонным голосом с интервалом  10 секунд говорить «М-а-а-а-у», чтобы Мама не успела снова заснуть. Тогда минут через 10 обычно она все-таки встает и кормит меня. Но этого мало - я же так соскучился за ночь! Дело в том, что у нас, котов, время идет в 4 раза быстрее: это они меня 6 часов не видели, а я-то их ­ уже целый день! Вот и приходиться брать инициативу в свои лапы.

Если после моего первого завтрака орать громко, Мама злится и швыряется тапком, обычно прямо в морду, а вот если тихо и жалобно, то ей уже как-то стыдно, что ли. Мяукать слишком часто тоже не стоит, тогда она быстро проснется и может не полениться встать за веником… и здесь уже как пойдет. Вообще-то, признаюсь честно, за последние семь лет нашей совместной жизни, несмотря на все мои попытки, вот так поднять их на ноги удается только пять дней подряд, а вот в следующие два дня я совершенно беспомощен!.. Тем не менее, я не теряю оптимизма и буду продолжать свои опыты!

Так вот в эти два злополучные дня я, изрядно наоравшись, отправляюсь обратно  к Мелкой. Обычно она спит со мной. Я действительно святой кот: несмотря на то, что она всю ночь вертится, я еще ни разу не выгнал ее с кровати. Очень люблю спать на ее животе, а вот Мелкая, похоже, не любит, когда я так сплю, и постоянно переворачивается на бок! Ну, вы представляете, как мне неудобно спать у нее на боку? Кто не пробовал, тот не поймет – все время падаешь вниз или задние лапы сползают как раз в тот момент, когда пригрелся и уже готов уснуть. Какое-то время я терплю эту наглость и сплю просто на одеяле или под одеялом, или на подушке у нее над головой, но я-то люблю спать на животе! И вот потом понимаю, что больше не могу сдерживаться – сколько можно терпеть это безобразие?! – вскакиваю и очень эмоциально, не стесняясь выражений, во весь голос объясняю Мелкой, в чем она не права – я старше, я заслуживаю уважения и утреннего отдыха! Мне всегда удается достучаться до нее, вот люблю ее за отходчивость – она мигом признает, что была не права, вытаскивает меня, обиженного, из-под кровати, берет на руки и укладывает на свой живот, потом долго гладит и я ее прощаю.

Второй раз я уже завтракаю с семьей. Они меня очень, очень уважают, поэтому без меня за стол не садятся. Мне всегда первому подают завтрак. Правда, они разделяют далеко не все мои пристрастия. Я как истинное дитя природы, очень увлекаюсь фитотерапией - знаете, люблю после завтрака пойти пожрать фикус. Когда-то выбор был гораздо шире,  а теперь осталась одна горькая герань, да колючие кактусы и…фикус! Тоже редкая гадость, но здоровье превыше всего. Они называют меня «булемик» – но при чем здесь это? Я просто очищаю желудок от шерсти!

На этом мое общение с природой и заканчивается, у меня агорафобия – боюсь выходить на улицу. Да и чего я там не видел? У меня четыре «плазмы» и, если открыта форточка, то вообще полный эффект присутствия! Больше всего люблю передачи про птичек: Мелкая прикармливает их, и они подолгу тусуются у нас под окнами. Пару раз думал – сейчас как брошусь, но проклятая фобия каждый раз оказывалась сильнее инстинкта охотника…

Вы не подумайте, я не из тех, кто пялится в окна целыми днями, у меня есть хобби – коллекционирую кукол в форме мышей. У меня просто удивительное собрание на любой вкус, есть даже ручной работы (подарки семьи). По молодым годам я увлекался охотой на живых мышей. У нас их было целых две: первую я позорно упустил, хотя до сих пор не понимаю, как это могло случиться! Я загнал ее под стиральную машинку в кухне, а она так и не вышла оттуда на протяжении трех дней. Наверное, померла от голода. Я так просил семью, чтоб они отодвинули эту штуковину, а они только глупо хихикали, и я сдался. А вот вторую мышь я таки исхитрился завалить! Это был лучший день в моей жизни -  чувствовал себя охотником, защитником, и, в конце концов, кормильцем семьи! Гордый собой, принес добычу Мелкой, чтоб похвастаться, и положил трофей ей на тапочки – о, как она визжала от восторга и благоговения! После этого случая я больше не охотился на мух – это уже был не мой уровень, кого этим удивишь-то?

А еще я настоящий гурман: обожаю маслины и сладкую выпечку. Бывало, найду открытую банку с маслинами, запущу туда лапу, как они говорят, по локоть и давай вылавливать эти маленькие штучки, пока не переверну все к чертовой матери и не получу оплеуху кухонным полотенцем! Зато лапа потом еще пару дней вкусно пахнет!

С выпечкой тут проще – они и не догадываются, что я регулярно облизываю всякие вкусные булочки и что пакетик целлофановый мне вовсе не помеха ;) И все-таки, что ни говори, но с сырым мяском ничто не сравнится! Бывало, вишу себе на батарее, релаксирую, и вдруг этот милейший в мире звук – нож точат! Мяско!!! И откуда во мне столько энергии вдруг берется? Вот наемся свежины от пуза и давай Мелкую по квартире гонять! На поворотах меня обычно заносит, а иногда от переизбытка чувств даже запутываюсь в ножках стульев и бьюсь об них головой, да что там ножки – вот об двери ­ это реально больно! Адреналин – наше все, и я как настоящий экстремал не могу себя обуздать – прыжки по шкафам, раскачивание на занавесках, игры с Папой и попытки скрыться от Бабули с веником – программа минимум!

Как видите, я веду очень активный образ жизни, поэтому время от времени, чтоб снять стресс или просто привлечь к себе внимание, я методично раздираю в клочья мягкую мебель, да так как-то и уютнее. У меня вообще очень тонкое эстетическое чутье, которое проявляется также в том, что я сдираю эти глупые мелкие рисуночки с обоев – согласитесь, однотонная стена как-то больше будит фантазию, кроме того, на ней можно выцарапать любой рельеф – хочу, чтоб у нас были уникальные обои! Правда, недавно они их снова переклеили, придётся начинать все заново... Еще один не признанный при жизни гений!..

Вот так и живем. Возможно, скажете вы, все мои дни похожи  друг на друга, и бессмысленно тратить мое и так не столь долгое существование на какие-то банальные удовольствия. Пожалуй, вы правы, да и дворовые коты все время надо мной потешаются – будто я слюнтяй, домашний, изнеженный котик и вообще позор всего дикого животного мира. Они не понимают, какую тяжкую ношу я на себе несу. Вот только представлю себе, а что бы семья делала без меня, отправься я искать приключений по помойкам, подвалам и другим не менее увлекательным местам? Мелкая бы ревела все дни напролет, Мама бы так и не вставала с постели, бабуля бы вообще от рук отбилась – кто же за ней будет присматривать, когда  все уходят? Папа – мужик, что надо, но разве он поймал хоть одну мышь за всю жизнь? Да и по ночам он, как и все, крепко спит, и только мимо меня не проскользнет ни один шорох.

Если я вот так эгоистично вдруг исчезну, то этот уютный мир в 53 кв. м развалится на части, а значит, жизнь моя вовсе и не напрасна! А уличные коты… да что знают эти неприкаянные, заброшенные животные о человеческих ценностях? Кстати, о ценностях, что-то я проголодался, а до первого завтрака еще целых два часа: «Ма-а-а-у!!!»   

  

Он был простым продавцом газет

Он был простым продавцом газет. Его это полностью устраивало, и он ничего не хотел менять в своей жизни. Больше того, он искренне любил свою работу: ему нравилось наблюдать за случайными прохожими в маленькую щель газетного киоска, который пестрил разноцветными обложками журналов. Эта витрина отделяла его от всего мира, частью которого он не был.

Далёкий от суеты, он даже не читал прессу. К чему его скромной персоне быть в курсе последних событий? Конечно же, можно было бы блеснуть исключительной осведомленностью, чтоб поддержать разговор, но местным мальчишкам, с которыми он иногда ходил играть в футбол, всё это было неважно, а важно было, чтоб он не пропускал голов и точно подавал пас. Сколько ненужных знаний, полагал он, столько лишних тревог, а ведь реальная  жизнь так далека от всего, что пишут в газетах!

Он ничего не ждал, ни о чем не мечтал и научился радоваться простым мелочам: бутылке холодного пива в жару, которое ему частенько заносила Вика из соседнего киоска, очевидно имеющая на него виды; или же ароматным котлетам с пылу-жару, любовно приготовленные  мамой; а еще было здорово получать аванс как раз тогда, когда он уже был совсем на мели (при других обстоятельствах особой радости не наблюдалось). Естественно он понимал, какая важная роль отводится деньгам в экономике, и всё же оставался совершенно безразличным к их количеству в своем кошельке. Ему казалось, что люди тратят слишком много времени на работу, часто сложную, полную стрессов и, в конечном счете, бессмысленную. У них совершенно не остается времени на себя – они невольные рабы системы, обреченные потакать всё новым и новым желаниям, опять-таки навязанным модой, престижем или общественным мнением. Он же был совершенно свободен и поэтому горд собой!

Кто-то сказал, что целью жизни является жизнь с целью, и этим очень его озадачил: «А зачем?!»  Безусловно, он был бы не прочь помочь голодающим детям Африки, спасти тропические леса о вырубки, и может быть, даже остановить неизбежный процесс глобализации, вот только во что тогда превратиться его собственная жизнь?

«Жениться тебе надо!» - лишь вздыхала мать. Она уже давно смирилась с тем, что упрямый сын не только не  прислушивается к её советам, а попросту не слышит их. Обычно он лишь улыбается сам себе в ответ, будто знает гораздо больше её, и так же молча продолжает есть борщ.

Так и сегодня она тихо сидела рядом с ним за столом и, перебирая в руках складки фартука, воображала более счастливую жизнь непутевого сына. «Сережа, тебе на ужин картошечку пюре или поджарить?» - кричала она ему вслед, когда он уходил с обеда снова на работу. Ответ как обычно был один: «На месте разберемся!»

Осень подкралась как-то незаметно, думал Сергей, казалось, лето никогда не закончится.  Лишь утренняя прохлада выдавала коварные планы осени. А ведь еще совсем недавно яркие платья пестрой лентой струились по улице, на обочинах дорог рядом с базарами по утрам будто бы из асфальта вырастали красочные цветы на продажу, рядом с ними менее романтичные, но зато более предприимчивые старушки торговали семечками и арахисом. Эх, а когда-то вместо целлофановых пакетов покупателям полагались кулечки, скрученные из газеты – экологично  чисто, на минуточку!

Было интересно наблюдать за прохожими, которые старательно изо дня в день, словно муравьи, таскали домой всевозможные ягоды и фрукты, чтоб обеспечить весь муравейник витаминами на зиму. И все-таки больше всего Сергея развлекала детвора – вот уж кто знает толк в лете! Получив амнистию на три месяца, они брали от жизни всё, и до позднего вечера отовсюду доносилось: «Ваня, домой!» «Еще минуточку, мам, и всё!» - минуточка чудесным образом превращалась в полчаса, что неизменно влекло за собой появления на крыльце курящего папы и, собственно, тогда уже было точно всё.

Проливные дожди шли всю неделю. Даже не верилось, что совсем недавно это серое, мутное небо было ярко голубого цвета, а желтая листва, небрежно разбросанная по всему городу, украшала зеленые кроны деревьев. Ветер больше не приносил облегчения, как в знойный летний день, напротив, его безжалостные порывы беспощадно вырывали  зонтики у беспомощных прохожих.

Как же все-таки замечательно сидеть в тепле в такую погоду, попивая горячий кофе! Сергей отлично понимал это и с наслаждением обозревал ненастье по ту сторону прилавка или реальности, что, в сущности, было для него одно и то же. Он тосковал по лету, он совершенно не любил осень особенно из-за её безнадежной серости, проявлявшейся не только в мрачных одеждах прохожих, но и в их унылых лицах. Тем не менее, смирившись, Сергей тоскливо смотрел в никуда, решая насущный вопрос на сегодня: всё-таки пюре или жаренную?

- У вас есть журнал GEO? – громко раздался чей-то чистый, звонкий голос, от которого Сергей невольно вздрогнул, и тут же его взгляд утонул в бездонных черных глазах покупательницы, так внезапно потревоживший его раздумья.

Девушка была невероятно красивой и яркой – будто лето ушло, а она осталась! Черные волосы локонами спадали на лацканы пальто кораллового цвета в тон губной помады, а на её щеках играл нежный розовый румянец.

- Есть кто живой?  - улыбаясь, поинтересовалась нежданная покупательница и постучала в закрытое окошко.

- Я есть!.. – машинально ответил Сергей, напрочь сраженный её очаровательной улыбкой.

- А GEO дома? – спросила девушка, смеясь.

«Ты ИДИОТ!» - шепнул внутренний голос.

- Я знаю, - ответил вслух Сергей, привыкший разговаривать сам с собой.

- Поэтому я Вас об этом и спрашиваю как бы…

«Скажи что-нибудь! Скажи!» - пронеслось у Сергея в голове.

- Вы что-то хотели? – это оказалось всё, на что он сподобился.

Девушка уже перестала улыбаться, и тут, видимо, у неё зазвонил мобильный телефон, потому что она резко отошла в сторону, пытаясь достать что-то из сумки. Ряды газет и журналов, так преданно защищавшие Сергея все эти годы от мирской суматохи, вдруг стали непреодолимой преградой на пути к Ней, и он потерял девушку из виду. Когда Сергей отшвырнул журналы в сторону, было слишком поздно – она словно испарилась!

«Ты пришла из неоткуда и исчезла в никуда…» - вспоминались Сергею часто слова одной песни с тех пор, как Она вторглась в его жизнь. Прошла неделя, а он всё безуспешно вглядывался в серую безликую толпу, пытаясь отыскать её, одну-единственную, которой удалось прорваться в его мир-для-одного.

Казалось, сто тысяч раз Сергей прокручивал в уме эти несколько минут их мимолетной встречи, чтоб как можно точнее запечатлеть её образ в памяти, не пропустив ни мельчайших деталей. Особенно удручало то, что всё никак не удавалось вспомнить название злополучного журнала, разлучившего их навеки. Почему-то Сергею казалось, оно, будто заклинание,  должно снова привести её к нему. Он то и дело перечитывал названия журналов, окружавших его, но они ничего ему не говорил. А, может, этого издания и вовсе не было в ассортименте? В таком случае не судьба, как не крути, хотя тоже слабое утешение…

Заканчивалась вторая неделя – теперь летоисчисление для Сергея шло с момента их встречи. Девушка упрямо так и не появлялась. С каждым новым днем её черты неумолимо бледнели, смех стихал и он уже сомневался, а была ли она на самом деле?

Всю третью неделю напролет он воодушевленно рисовал её портреты. Каждый раз получалось по-другому, и не одна из девушек не была похожа на Елену. Сергей по-прежнему не знал её имени, поэтому назвал в честь первой школьной любви. С Леной его посадили за одну парту во втором классе. Она всегда позволяла списывать домашние задание, у неё был клёвый пинал с множеством необычных ручек, и Лена  охотно делилась конфетами и учебниками, которые Сережа постоянно забывал дома. Её просто невозможно было не любить!

Как-то Лена попросила нарисовать её портрет вместо машинок, украшавших страницы его тетрадок. Задача оказалось нелегкой: красивая Лена на его рисунках выглядела ужасно, что её очень задевало. Лене казалось, что Сережа нарочно дразнил её. «А ведь ей даже и в голову не приходило, что я попросту не умел рисовать!» - с тоской вспоминал уже взрослый Сергей, в которого давно никто не верил и не думал о нем лучше, чем он есть на самом деле.

Он так и не успел управиться до конца учебного года, но лето не прошло даром, и к первому сентября портрет был окончен. Лены на линейке не оказалось, родители перевели её в другую школу. В тот же день с ним за парту посадили новую девочку, чье имя он уже не помнил.

И в этот раз его талант так и не пригодился, думал, Сергей. Елена жила лишь в его воображении.

Спустя месяц Сергей понял, что совершенно неважно, что бы он ответил ей тогда или даже, что сказал бы сейчас, будь у него второй шанс. «Кто я? - задавал он себе вопрос – и кто Она?»

Работа продавцом газет была единственным, чего ему удалось достичь к своим годам. Он умышленно избегал встречи с одноклассниками, чтоб не сравнивать, чтоб не оправдываться, чтоб остановить ход времени. Рутина всегда манила его своей простотой и предсказуемостью, она защищала его и гарантировала покой. Сергея забавляла мысль о том, что даже Елену и воспоминания о ней ему тоже удалось превратить в рутину!

Проснувшись утром, он первым делом думал о ней и ставало как-то светлее на душе что ли. Потом день шел своим чередом, пока какая-то девушка не заглядывал в окошко газетного киоска и тут, по привычке, сердце радостно содрогалось от возможного счастья снова увидеть Её! Нет, опять не Она – и тут, будто по велению дирижерской палочки, накатывала тоска, больно сжимая всё внутри. Он знал, скоро разочарование утихнет, чтоб завтра разгореться с новой силой. По вечерам Сергей снова погружался в мысли о Елене и, теша себя надеждой увидеть её хотя бы во сне, засыпал с улыбкой.

Впрочем, в последнее время эта новая часть его идеальной рутины стала докучать и даже иногда откровенно раздражать. Елена была недосягаемой при любых обстоятельствах. Что изменится, загляни она снова за своим проклятым журналом?! Собственно, журнал – это единственное, что Сергей мог бы предложить ей, хотя и на это он уже однажды не сподобился. Да ему даже не о чем было бы заговорить с ней! Впервые за долгие годы он почувствовал себя неинтересным, скучным и слабым, отвратительным самому себе. Дешевая философия, которой он успешно прикрывался всю жизнь, вдруг предательски изменила ему, и ценность жизни неожиданно предстала совершенно в другом свете.

А ведь не брось он тогда университет, сейчас бы жил как его бывший сокурсник Вовка: покупал бы новую машину, каждый год отдыхал бы в Турции и возвращался б домой за полночь, или вообще не ночевал бы дома! «А ведь рутина, оказывается, может быть совершенно иной!» - промелькнула ужасающая мысль, от которой Сергею стало как-то не по себе.  Несколько лет тому назад ему казалось, как же это низко и слабодушно учиться тому, что не по душе, лишь бы угодить родителям и получить это нарочитое высшее образование, привязав себя на всю жизнь к ненавистному делу. Тогда Сергею казалось, что он вырвался из плена, а сейчас? А ведь он мог овладеть профессией, о которой пусть и не мечтал, но которая позволила б ему воплотить настоящие мечты в жизнь! Теперь свобода, которая не предполагала никаких обязательств, привязанностей и амбиций, казалась ему иллюзорной, ведь,  по сути, он мог позволить себе лишь малое из много. И это и есть свобода?

В конце концов, что же такого дурного в том, чтоб каждый новый день не был похож на предыдущий? Он оглянулся на свой мир в 5 кв. м газетного киоска, за пределами которого кипела настоящая жизнь. Она отражалась и в картинках глянцевых журналов, о ней писали в газетах и путеводителях, и это она стучалась месяц назад в его маленькое окошко, и он тонул в её черных глазах!

«А ведь еще не поздно, - доносилось откуда-то из глубины души, – поздно это когда некогда, а у тебя еще есть время всё исправить!»

Сергей ощутил странное возбуждение, как будто что-то могущественное и неотвратимое, всё это время дремавшие в нём, внезапно пробудилось от тяжелого сна. Он негодовал: жизнь бурной рекой неслась мимо него, пока он отстраненно стоял на берегу. Когда-то он сам выкарабкался на этот берег, и вот теперь готовился к прыжку обратно. Сергей знал, что нужно делать.

В приемной комиссии университета ему заявили, что он немного опоздал, поэтому его сейчас не могут принять даже на заочное отделение, придется подождать до лета и всё-таки пересдать вступительные экзамены. «Время – это единственное, чего у меня с избытком» - улыбнулся Сергей.

Жизнь обрела новый смысл – наблюдать за прохожими было уже некогда. Поверх журналов и газет на прилавке по-хозяйски разместились профильная литература, тетрадки и учебники. С каждым новым днем наука давалась всё легче, приближая Сергея к его заветной цели, и с каждым днём он  всё больше уважал себя и всё меньше думал о Елене…

Про Любовь

Любовь что есть силы стучалась в дверь, но никто не открывал: Семён был слишком занят. Чем занят? Да Делом, конечно же! Любовь, нечаянно нагрянув, продолжала отчаянно тарабанить в дверь. В конце концов, заглянув в замочную скважину, она сдалась, ведь рядом с Семёном был Энтузиазм.

«Да, здесь явно не до меня» - подумала Любовь и тихо удалилась.

Энтузиазм метался из угла в угол, подымая клубы пыли в давно не убиравшейся квартире, проносился под потолком, шнырял под ковром – в общем переворачивал всё вверх дном и в конечном счете ни с того ни с сего внезапно иссяк.

Семён долго сидел молча и беспомощно глядел на Дело, которое вдруг из перспективного мигом превратилось в гиблое. Кто его знает, сколько так могло бы еще продолжаться, как вдруг раздался стук в дверь. Семён радостно вскочил: «Кто там?»

«Э-э-э… Счастье!» - неуверенно прозвучало за дверью.

«Ух, ты! Счастье привалило!» - обрадовался Семён и распахнул настежь двери.

«А Любовь дома?» - поинтересовалось Счастье, заглядывая Семёну за спину и не спеша переступать порог.

«Н-у-у-у, - замялся Семён, - она это… вышла!» - соврал он и тут же покраснел.

«Любовь не может вот так взять и выйти, а только уйти» - с ехидной улыбкой заметило Счастье, уличив Семёна во лжи.

Семён лишь промолчал в ответ. А что тут скажешь?

«Ну, ладно, тогда я еще попозже зайду» - бросило Счастье на прощанье, спускаясь вниз по лестнице.

«А счастье было так возможно!..» - мелькнула в голове избитая фраза и Семён захлопнул дверь.

Он даже и не заметил, как Тоска и Грусть проскользнули в его скромное жилище.

Вот сидит Семён, смотрит на дышащее на ладан Дело, а эти две сестрицы повисли у него на плечах да приговаривают: «Ну, всё, хуже уже некуда: Любовь прошла мимо, Счастья тоже не видать, а Дело… а что дело? Да гиблое оно!» Дело лишь с обидой и немым укором глянуло на Семёна – это он его до такого довел!

Тишина вокруг – хоть волком вой! Вдруг скрипнула дверь, затем раздался странный шорох: «О! Вот и Отчаяние вползает!» - радостно объявили сестры и бросились встречать своего братца. Семен лишь обреченно вздохнул: «Да, ну и семейка…»

Целую вечность жили они вот так все вместе, во всяком случае, именно так и казалось Семёну, коротавшему одинаковые дни в этой унылой компании. Особенно докучала ему Скука. Казалось, что нет от неё спасенья, как вдруг в один прекрасный день послышался странный шум на лестничной клетке: кто-то молотил кулаками в соседскую дверь, приговаривая что-то вроде: «Да, что ж это за жизнь такая пошла?! Вы что там все, совсем одурели?!!»

«О! Любовь!» - воскликнул Семён и стряхнул с себя Тоску и Печаль, отшвырнул в сторону Отчаяние и Скуку, схватил с полки запылившуюся Надежду и бросился к Любви навстречу.

«Привет!» - выпалил Семён.

Любовь искоса глянула в его сторону.

Вся братия дружно потянулась вслед за Семеном – куда же они без него-то?

«Что, не открывают?» - неловко вымолвил Семён.

 «А, это ты? - презрительно ответила Любовь, окинув его взглядом – выглядишь ты, однако, неважно»

«Да тут такое… - замялся Семен – Может, это… зайдешь?»

«К тебе-то?» - удивилась Любовь.

«Ко мне!» - решительно ответил Семён и сам не узнал свой голос.

«Поезд ушел!» - сказала Любовь и повернулась к нему спиной.

Растерянный, он уже хотел уйти, но, обернувшись, увидел у себя за спиной Тоску, Печаль, Отчаяние и вечно зевающею Скуку, которые радостно потирали руки.

«Ну, уж нет!» - подумал Семён, бросившись к Любви, подхватил её на руки и утащил домой, захлопнув перед носом у всей честной компании дверь!

«Так вот ты какой, оказывается! - игриво промолвила Любовь – честно говоря, и не ожидала совсем!..»

«Так останешься?» - спросили Семен с Надеждой хором.

«Да куда уж я от вас!» - ответила Любовь и улыбнулась.

Не прошло и дня, как навестить Любовь явилась её давняя подруга Идея со своим вечным спутником Вдохновением, которые мигом поставили Дело на ноги.

Да и Счастье не заставило себя долго ждать. 

Разговор Сердца и Разума

Разум: Когда же ты угомонишься?

Сердце: Ни-ког-да! Я так счастливо! Я люблю!!!

Разум: Не знаю, как ты, а я так устал за день… Хочу наконец-то отдохнуть и ни о чем не думать!.. А ты мне никак не даешь покоя…

Сердце: Не будь занудой! Что ты заладил «спать, да спать»? Я весь день прислушивалось к тебе, когда ты упрямо твердил «Нам нужно закончить отчет», «Необходимо обдумать план действий на завтра», «Нужно сосредоточиться на докладе» и т.п. Ты весь день запрещал мне думать о Нём!.. И вот теперь, когда у нас есть время, тебе снова не до того!

Разум: Думать? Скорее мечтать…

Сердце: Вот зачем ты сейчас это сказал?

Разум:  Ты Его совершенно не знаешь, напридумываешь себе вечно с три короба, а потом разочаровываешься – зачем же попусту тратить время?

Сердце: Да как ты можешь такое говорить?! Можно подумать, ты Его больно знаешь! …пусть, пусть мы еще мало знакомы, но я-то Его чувствую! Понимаешь? Я Его знаю.

Разум:  Нет, Сердце, ты его не знаешь, ты просто ему веришь – а это разные вещи.

Сердце: Меня не интересуют твои термины – ты всегда пытаешься дать четкое определение тому, что я чувствую. Зачем? Да называй, как хочешь – мне все равно!

Разум: Ничему тебя жизнь не учит…  Если бы ты хотя бы изредка ко мне прислушивалось, тебе бы удалось избежать стольких страданий!..

Сердце: Если бы я к тебе прислушивалось, я бы уже давно окаменело. Я не жалею обо всем, что мне пришлось пережить: если бы страдания были неведомы мне, разве знало бы я, что такое счастье? Вот как сейчас – вся горесть разлук, боль разочарований и даже жалость к себе остались далеко позади, будто их и не было никогда. И это все благодаря Ему! Он принес смысл в мою жизнь, а ты, черствый, даже не хочешь удостоить Его пары своих мыслей!..  А я ведь так долго Его ждало! Именно Его – такого родного и близкого, такого замечательного!.. А какие у него глаза!.. А еще…

Разум: Глаза у него ничем не хуже и не лучше, чем у предыдущего: обычные два глаза, в этот раз карие – а если бы они были серые, как в прошлый раз, они бы тебе тоже казались такими же особенными?

Сердце: Да разве цвет имеет значение?! Главное – то, что ты видишь в его глазах!

Разум: Свое отображение?

Сердце: Да? Я не это имело в виду… но, наверное, ты прав – я никогда не видело себя, я смотрело только на Него! Знаешь, когда Он смеется – его глаза улыбаются, а когда ему грустно – они тускнеют и мне делается как-то темнее, мир блекнет…

Разум: Так это все твои выходки, я так и знал! И дыхание перехватывает  тоже из-за тебя?

Сердце: Ничего не могу с собой поделать!..

Разум: А стоило бы! Ты не боишься снова ошибиться?

Сердце: Это такое странное чувство, жаль, что ты не можешь его понять… я бессильно что-либо изменить! Да я и не хочу останавливаться, но даже если бы и хотело, пусть бы это был вопрос жизни или смерти, я все равно не в силах остановиться – сердца обречены любить! И, знаешь, я уверенно, что и Его сердце чувствует то же самое…

Разум: Ты слишком легкомысленно: куда ты спешишь? Дай время, чтоб проверить Его чувства.

Сердце: А я и не тороплю Его. Просто Он есть, теперь я это точно знаю, и это главное! Мне не нужно доказательств, любовь не знает сомнений – или это не любовь!

Разум: А у нас сейчас, я так понимаю, любовь?

Сердце: Да! А как же иначе? Разве ты не видишь, что со мной происходит, глупенький?

Разум: Я вижу другое: он не стоит твоей любви.

Сердце: Как ты можешь судить о чувствах?! Что ты об этом вообще знаешь?!

…извини, я не хотело тебя обидеть…

Разум: Ты право: меня действительно невозможно обидеть, потому что чувства мне неведомы. Меня можно оскорбить ложью, беспочвенностью притязаний, попытками унизить мой потенциал, но обидеть…это больше по твоей части.

Сердце: Вот поэтому ты и несправедлив к Нему! Если бы ты знал Его, если бы ты только мог чувствовать Его так, как я, ты бы не говорил такого…

Разум: Послушай, именно поэтому я знаю Его другим: я сужу по поступкам, а ты веришь словам. Слова – пусты, дела раскрывает человека по-настоящему. Поступки показывают, как он на самом деле к тебе относится, а слова – лишь каким бы человек хотел тебе казаться и как он хотел бы к тебе относиться. Твой пока только говорит…

Сердце: Я понимаю, ты заботишься обо мне, я благодарно тебе, но я тебе не верю…

Разум: Если бы я мог чего-то хотеть так же страстно, как ты это умеешь, то я бы желал ошибаться и в этот раз.

***

Разум: Ты же не спишь?.. и я не могу уснуть… Почему ты вдруг умолкло, Сердце?

Сердце: Я плачу…

Разум: Что произошло с тобой?

Сердце: Разве ты не знаешь???

Разум: Я всегда это знал и сразу предупреждал, но ты меня не слушало. Я спрашиваю, что случилось с тобой? Ведь Он остался прежним, по сути ничего не изменилось.

Сердце: Я вдруг почувствовало, что на самом деле он меня не любит…

Разум: А что именно Он сделал?

Сердце: Не знаю… Столько всего произошло… Я ощущало, что все это время что-то было не так, но я все принимало как должное, закрывая глаза на вещи, которые меня, наверное, пугали, отталкивали… я прощало… я ведь тоже не идеально! А потом… потом я начало чувствовать, что с каждым днем стаю все более несчастным… я изо всех сил пыталось сопротивляться этому… И вдруг я устало… Слишком сложно, слишком тяжело и я надорвалось… теперь мне больно…

Я больше никогда никому не откроюсь! Сколько можно?! Я же не железное… Разум, не позволяй мне больше обманываться, не позволяй другим вводить меня в заблуждение – я не выдержу этого снова!..

Разум: Разве ты прислушаешься ко мне в следующий раз?

Сердце: Не будет, не будет никакого следующего раза! Никогда!!! Он – последний, кто обманул меня!

Разум: Неужели ты действительно думаешь, что это Он тебя обманул?

Сердце: А как же? Я так ему верило! Я отдало Ему себя без остатка, подарило нежность, что берегло только для Него. А Он, жадный, бессовестный, забрал совершенно все, не дав мне ничего взамен, и вот теперь мой удел лишь пустота…

Разум: Ты само отдало Ему все, не требуя ничего взамен. Я не вижу здесь Его вины.

Сердце: Я лишь хотело сделать Его счастливым!.. а Он не оценил, Он пренебрег мной… Я самое несчастное сердце на свете, а ты упрекаешь меня!

Разум: Твое личное счастье при этом как раз и заключалось в том, чтобы сделать Его счастливым. Тебе этого не удалось, ты потеряло Его счастье вместе со своим.

Сердце: Это Я виновато?..

Разум: Я бы…

Сердце: Это я виновато! Я снова все испортило! Я не достойно быть любимым, потому что не умею дарить счастье другим… Я потеряло Его… Но что, что я сделало не так?.. Не пойму… Объясни мне, Разум! Может, тогда я сумею Его вернуть?

Разум: Чувства не поддаются никакой логике, мне неведомо, о чем страдает Его Сердце, и я не знаю, что может сделать счастливым Его. Наверное, у вас просто разные понятия о счастье, поэтому вы не сошлись. У меня нет для тебя совета, как видишь.

Что касается твоей вины, ее здесь нет и не может быть. Ты хотело любить и ты любило, как умело только ты – самоотверженно, смело и искренне! Кто посмеет тебя в этом упрекнуть?

Вернуть Его…

Ты Его не потеряло, ты Его отпустило, а значит, дало шанс на счастье для вас обоих с кем-

нибудь другим -  в мире столько сердец бьется в надежде встретить свою истинную любовь, поэтому было бы так несправедливо, если бы Он просто позволял тебе любить Его – ты бы «обокрало» чьи-то два сердца: того, кто был бы готов любить тебя и той, кто так ждет Его!

Сердце: J

Сердце успокоилось и уснуло.

Разум: Ты – самое удивительное,  с кем мне приходилось сталкиваться в жизни, ты – настоящее чудо! Ты не поддаешься моему пониманию, ты нарушаешь все законы логики и подвигаешь меня на поступки, на которые я бы никогда не решился, открывая передо мной новые горизонты, и только благодаря тебе я понимаю, что мои возможности безграничны! 

Verliebt in Berlin

Завтра исполняется ровно месяц, как мы вместе... 30 дней тому назад ты даже не заметил моего появления, а ведь я всё бросила и приехала к тебе!..

Странно, но за всё это время у нас так и не было возможности по-настоящему остаться вдвоем... Ты был чем-то занят или просто не в духе... Ты такой непостоянный: то хмуришься, то вдруг снова ярко светит солнце, а потом так же внезапно льет холодный дождь, а ещё ты такой ветреный!..

Но сегодня всё было иначе: я отменила все планы, я решила посвятить этот день Тебе. И, наверное, впервые ты тоже пошел мне навстречу ­ удивительно, зеленый свет на всех перекрестках, S-Bahn минута в минуту, ты был сегодня таким теплым и уютным, именно таким, каким я тебя себе и представляла, таким, о каком мечтала...

Знаешь, когда я впервые тебя увидела, подумала, что никогда не смогу с тобой расстаться. Это была любовь с первого взгляда! Но ты так долго оставался холоден… Я и так терялась в тебе, таком огромном, необъятном, непостижимом, со своеобразными привычками и странностями, а ты всё больше и больше меня запутывал... Но я никогда не чувствовала страха рядом с тобой, ведь точно знала ­ ты не дашь меня в обиду, ведь несмотря ни на что, ты заботишься обо мне.

Теперь я больше не боюсь тебя покинуть, потому что уверена, что ты никогда меня не забудешь, и рано или поздно я вернусь к тебе, и в следующий раз ты точно заметишь мой приезд и просто не сможешь меня отпустить! Мой единственный, мой любимый Берлин, а пока наша песня…

I can feel your halo...

Март, 2009

Красавчик

"Какие у него огромные глаза! С роду не видела более красивых глаз!" – разве удивительно, что она никак не могла оторвать взгляд от незнакомца на автобусной остановке, который упорно не замечал её. Ему же было явно не до нее: всем своим видом он показывал, что есть дела поважнее, чем обращать внимание на странную девушку, глядевшую на него с какой-то глупой улыбкой. Он с искренним интересом рассматривал прохожих, проезжающий мимо транспорт, пролетающих в вышине птиц – все, что угодно, упорно не замечая ее!

"Ну, взгляни на меня хотя бы разочек!" – она точно знала, что один его взгляд – и все будет решено! Они никогда раньше не встречались, он даже никого ей не напоминал – она будто чувствовала, что он просто создан только для нее и всё тут!

Она с тревогой взглянула на подъезжающий автобус: "Предыдущий я уже пропустила, так можно весь день простоять…" Она знала о таких встречах раз на миллион – если она сейчас оставит его, то второго шанса уже не будет. Нужно было принимать решение.

"Мама вряд ли одобрит мой выбор… – она снова засомневалась, – это чистой воды авантюра! И разве мне сейчас до этого? Экзамены на носу…"

Она еще раз посмотрела в его сторону – однозначно ему было известно, что он настоящий красавчик! А иначе, чем объяснить эту непоколебимую уверенность в себе и нескрываемую пренебрежительность, с которой он отвечал на восторженные взгляды девушек, проходящих мимо  – он привык к вниманию, восхищению и был безнадежно этим испорчен! Наверное, именно это так привлекало её, а еще забавляла мысль о том, что такой красавец мог принадлежать исключительно ей одной – оставалось лишь только решиться подойти и, возможно, ей удастся заполучить его.

"Была не была! Я хотя бы должна попробовать, а там как карта ляжет, – говорила она себе, решительно приближаясь к нему. – В конце концов, я ничего не теряю, а вот жалеть потом могу чуть ли не всю жизнь!"

Они поравнялись и наконец-то их взгляды встретились – никто еще не смотрел на неё с такой нежностью и искреннем интересом, как он! Она улыбнулась ему ласково в ответ и спросила: "Бабуля, сколько за котенка хотите?"

Моє щоденне інтермецо

Дійові особи:

• Домашнє завдання
• Розум
• Погляд

Нарешті закінчились уроки, і я вдома, де тепло і затишно, де живе спокій. Я намагаюсь розслабитись, відпочити, але не можу. І знову неспокій вривається в мене. Щось без упину спонукає мене до дії, не дає волі думкам, не дає відірватись від землі і поринути у світ мрій, навпаки – воно тримає мене в постійній напрузі. Воно -  камінь, що висить на шиї, дамоклів меч; воно – домашнє завдання.

Врешті-решт я здаюсь. Сідаю за стіл, розгортаю зошити, беру ручку і намагаюсь зосередитись на “іксах” та “ігреках”. Але неслухняний Погляд вперто рветься до вікна. Домашнє завдання нашіптує Розуму: “Я в тебе не одне, а часу – дуже мало. Поспішай!”. І Розум погоджується, він намагається переконати в цьому і Погляд, але марно. Що ж такого цікавого могло привернути його увагу? Зовні, за вікном, нічого особливого не сталося: пробігла кішка; пташка сіла на гілку; повз пролетіла зграя горобців; листок, підхоплений вітром, довго кружляв навколо і нарешті торкнувся землі. “Ну що, що в цьому особливого? – запитує Розум, - поясни мені, Погляд. Вже тисячі разів ти бачив це. Чому саме зараз ці дрібниці викликають захоплення в тобі? Коли ми йдемо з тобою вулицею, ти не звертаєш на це ніякої уваги, ти дивишся під ноги і більше нічого тебе не цікавить. А зараз мені здається, що ти ладен усе своє і моє життя дивитись отак у вікно. Але ж я не хочу марнувати на це своє життя! Ти як хочеш, а я краще займусь чимось більш корисним... Але ж куди мені без тебе?...”.

А Погляд у відповідь лише промовляє: “Яка краса! Дуже шкода, що я раніше не бачив цього..”.

Вечоріє, стає все темніше і темніше надворі. Я завішую вікно, вмикаю світло. І стається диво: Погляд повільно, ніби розмірковуючи, повертається до зошитів. Розум і Домашнє завдання лишаються задоволеними, а Погляд з нетерпінням чекає наступного дня.

І так – щоденно...

                                                                                                                     

2003 г.